Оборона Шипки. Август 1877.

И теперь, лишь буря грянет на Балканы,
Вспоминают Шипку горы-великаны,
И проносят эхо — гром былых побед —
Через перевалы, в сонм грядущих лет

В предыдущем посте, я писала о том, как отмечают годовщину боёв за Шипкинский перевал.
В этом посте рассказ о самой битве.

В конце августа по новому стилю состоялась одна из важнейших битв русско-турецкой войны битва за Шипкинский перевал. Каждый год на вершине Шипка чествуют героев этих сражений.
01.


Предыстория.
У Сулейман Паши было 10 тысяч человек в районе Сливена и Твърдицы, но основные силы – 27 тысяч человек он направляет к Казанлыку, куда подходит 18 августа. Части располагаются в поле между селами Шипка и Шейново. От Шипкинского перевала эта местность отлично проглядывалась и ген. Столетов телеграфирует Радецкому, о том, что именно здесь будет главный бой. Ген. Радецкий понимает, что наступление на Твърдицу обманный маневр, возврашается в Велико-Тырново и тут же отправляется на Шипку.
Именно в это в время, пока шипкинский отряд ждал подкрепления и разыгрывается Шипкинская эпопея – защита Шипкинского перевала в августе 1877 года.

02.

03.

21 (10) августа.
Столетов организует оборону с двух сторон – передней и главной.
04.

В его расположении всего 5500 человек и 27 орудий.
05.

Передняя включает в себя в. Св. Никола (сейчас в. Шипка), Орлово гнездо и подходы к нему.
06.

Орлово гнездо

Главная на километр севернее вершины св. Никола, по направлению к Габрово, т.е. высоты по дороге Казанлык — Габрово.
07.

Там самая дорога.

08.

В ночь на 21 августа генерал Н. Г. Столетов собрал военный совет и выразил надежду, что Шипку удастся отстоять, несмотря на многократное превосходство противника в силах.

Из телеграммы ген. Столетова ген. ф.Ф. Радецкому 20 августа 1877:
"Неприятель занял с. Шипка передовым отрядом…Если не решится на нас напасть ночью, то на рассвете непременно начнется общее наступление…Ещё раз повторяю. Всё разыграется здесь, несоразмерность сил очень велика".
09.

Атака Сулейман Паши начинается в 7 утра 21 августа. Основные части он бросает на переднюю позицию. Он проводит две атаки, но руcские солдаты и болгарские ополченцы отбивают их.

22 (11) августа.
Этот день проходит спокойно. Сулейман паша понимает, что напролом пройти не получится и решает перегруппировать силы и окружить защитников прохода, атаковав их с трех сторон: с юга, востока и запада. Ген. Столетов разгадывает его планы и занимает круговую оборону.

Сулейман-паша, уверенный в победе, послал вечером 22 августа донесение султану: «Русские не в силах сопротивляться нам, им не вырваться из наших рук. Если этой ночью противник не обратится в бегство, то завтра утром я возобновлю атаку и сомну его».
20.

Жители Габрово помогали поднимать орудия на Шипкинскую позицию под огнем неприятеля, презирая опасность. О подъеме, орудий сообщает в своей телеграмме в Главную квартиру генерал Кренке:
«11 августа отправил из Габрово 80 пар волов. 12 августа собралось около тысячи жителей города, чтобы носить нам воду. Жители Габрово в неописуемом восторге».

23 (12) августа.
Турки атакуют с трёх сторон и проводят 18 атак!
11.

12.

Именно в этот день начинает не хватать боеприпасов. Заканчиваются снаряды и патроны. Несмотря ни на что защитники готовы умереть, но не пустить турков через проход. Солдаты кидают в полузащих наверх турков всё, что попадется: камни, деревья, пустые коробы из-под снарядов. Солдаты уже, считали, что обречены и Шипка сдастся.
13.

Орлово гнездо

14.

Оборона „Орлова гнезда“. Художник Алексей Попов

В это время им на выручку спешила 4-я стрелковая бригада, которую лично вел генерал Радецкий. Видя измученность людей, которые при сорокаградусной жаре едва передвигали ноги, Радецкому пришла в голову мысль посадить стрелков на казачьих лошадей. 205 стрелков, по двое на коне, прискакали с криками "Ура" пришли на помощь и вступили в бой. Позже прибывает и сам Радецкий с основными частями.

"Неудержимое "ура!" разнеслось над политыми кровью и потом камнями позиций. Вершина спасена. И снова, ощетинившись тысячаси штыков, Шипка извергает огонь и смерть на турецкие колонны. Словно и не было усталости, словно эти люди и не дрались трое суток." В.И. Немирович-Данченко. Год. войны
15.

16.

На этом бои не прекращаются и продолжаются до 26 августа. Именно эти шесть дней августа и называют Шипкинской эпопеей. Защитники Шипки одержали большую победу и перегородили путь туркам с юга на север.

В своей телеграмме начальнику штаба армии в селе Горна-Студена генерал Н. Г. Столетов сообщал: «Что касается болгар, то они не испугаются и не дрогнут, даже если бы я решил израсходовать их до последнего человека».

В письме жене от 23 августа 1877 года Н. П. Игнатьев пишет:
«Я тебе уже писал, что авангард стрелков совершил огромный переход в невыносимую жару, добравшись вчера в 1 час ночи до Габрово… Радецкий просил дать им отдохнуть, по крайней мере выспаться, но с Шипки так настоятельно просили о помощи, что в 11 ч. утра на следующий день, в самую жару, бедным пехотинцам пришлось снова двинуться в путь. Это поистине легендарные герои. В 6 часов они достигли перевала, подняли боевой дух защитников и сразу вступили в бой».

25 августа 1877 г.
«Только что у меня был корреспондент английской «Дейли ньюс» Форбс. Он прибыл на Шипку 12 августа и находился там с 5 ч. утра до 7 ч. вечера. К нам заявился на коне, которого загнал до смерти. Он спешил в Бухарест, чтобы первым сообщить о неудаче турок и о том, как мы отбили 19 их яростных атак… Он в восторге от наших солдат, хвалит также и болгар. Сказал, что видел, как около тысячи жителей Габрово, среди которых было немало детей, под градом пуль несли воду нашим воинам и даже стрелкам на передовую. С удивительной самоотверженностью они выносили раненых с поля боя».

В документах 55-го Подольского пехотного полка отмечается и такой факт:
«Солдаты и офицеры всю ночь, без отдыха, шли из Дряново в Габрово, ободряя слабых и пропуская вперед артиллерию. В Габрово наших встретил весь город. Его жители обращались к ним с напутствиями, а женщины подносили воду, бросали в ноги цветы, крестились и благословляли нас».
17.

Из донесения Сулейман-паши его Величеству Султану, 23 августа 1877г:
"Укрепления русских сегодня мы не смогли занять, но они не будут сопротивляться долго…Если этой ночью не разбегутся, то завтра на рассвете мы возобновим атаки.ю и , я надеюсь, с божьей помощью сможем."

После войны Сулейман-паша был предан суду «за неумелые действия на Шипкинском перевале».

Послесловие.
После кровопролитных августовских боёв началась долгосрочная оборона Шипки, которая закончилась только весной следующего года.
Ф. Ф. Радецкий слал в «Главную квартиру» телеграммы «На Шипке все спокойно». А в действительности защитникам приходилось иметь дело с метелями и снегом, стоять под пулями и тяжелыми снарядами турецких мортир. На артиллерийский огонь противника отвечала русская артиллерия.

По свидетельству современников, «пехотинцы проводили дни и ночи или в засыпанных снегом или утопающих в грязи окопах. А последние рылись там, где летом нельзя было укрыться от дождя».
18.

Холода сопровождались снежными метелями.
Один из участников писал в своем дневнике:
"Сильный мороз и страшная метель: число обмороженных достигает ужасающих размеров. Связь с вершиной св. Николы прервана. Нет никакой возможности разжечь огонь. Шинели солдат покрылись толстой ледяной коркой. Многие не могут согнуть руку. Движения стали очень затрудненными, а упавшие не могут подняться без посторонней помощи. Снег засыпает их за какие-нибудь три-четыре минуты. Шинели так замерзли, что их полы не сгибаются, а ломаются. Люди отказываются принимать пищу, собираются группами и находятся в постоянном движении, чтобы хоть немного согреться. От мороза и метели негде укрыться".
19.

А в некоторых донесениях говорилось буквально следующее: «При таких условиях от наших полков ничего не останется».

К 5 декабря число больных в Иркутском полку достигло 1042 человек, а в Енисейском 1393.

Запись от 9 декабря 1877 года, сделанная в одном из документов:
"Кругом мгла, холодно, идет снег… На вершине св. Николы по-прежнему гуляет метель. Число больных и обмороженных достигло ужасающих размеров и увеличивается с каждым днем…"

Журнал 95-го Красноярского полка
"9 декабря. мороз и вьюга не прекращаются….На Николае и на позиции Красноярского полка число больных увеличивается в ужасающих размерах. Траншеи и окопы заносит снегом, одежда людей промерзла, отогреться негде".

В другом месте говорится:

«Землянки полков холодные… Вследствие снежных заносов они необитаемы, так что люди проводят дни и ночи под открытом небом».
20.

21.

К 13 декабря число больных в Шипкинском отряде достигло 9 тысяч (не считая Брянского полка). Причем и эту цифру нельзя считать достаточно точной, так как многих из обмороженных русских солдат по пути в госпиталь встречали болгары, которые брали их с собой и перевозили по обледенелым дорогам к себе домой, где оказывали им первую помощь.

Многие болгарские патриоты начали перевозить уголь на позицию, доставлять его в землянки.
И. Немирович-Данченко. «Летом и зимою на Шипке».
"…Так и остались в моей памяти высоты Шипки. Грозные, суровые… Тут каждый камень был свидетелем подвигов русского солдата. Каждая пядь земли облита его дорогою кровью. Тут он страдал, отчаивался и торжествовал."
22.

Журнал 94-го пехотного енисейского полка
"14 декабря. Число людей с обмороженными руками и ногами достигло ужасающих размеров. Связь с Николаем прервана метелью. Нигде нет возможности развети костер. Одежда нижних чинов превратилась в ледяную корку, согнуть руки почти немыслимо, ходить очень трудно".

Руки часовых и солдат, прикасавшиеся к стволам орудий и ружей, прилипали к ним. Несмотря на это, русские солдаты, поддерживаемые местными болгарами, стояли на Шипке до конца. Этому подвигу посвящены картины В. В. Верещагина «Зимние траншеи на Шипке» и особенно впечатляющий триптих «На Шипке все спокойно.»
23.

«Зимние траншеи на Шипке»

В детстве я задавалась вопросом, что же проходят в Болгарии на литературе, если у них нет Пушкина и Лермонтова, Есенина и Маяковского. А вот это и проходят.
Ниже прилагаю поэму Ивана Вазова "Ополченцы на Шипке" из цикла "Эпопея забытых".

24.

Эпопея забытых.
Ополченцы на Шпике.

Пусть следов позора мы еще не стёрли.
Пусть еще рыданья стынут в нашем горле.
Пусть мрачнее тучи, полночи черней
Память униженья, горечь прошлых дней.
Пусть еще мы светом и людьми забыты.
Пусть народа имя трауром повито,
Пусть в прошедшем нашем, точно злая тень.
Скорбный день Батака, Беласицы день.
Пусть иные люди осмеять готовы
Боль, что принесли нам старые оковы.
Укорить нас гнусной памятью ярма;
Пусть твердят, что вольность к нам пришла сама'
Пусть. Но в нашем прошлом, не таком уж давнем
Веет чем-то новым, богатырским, славным,
Чем-то необычным, что, вздымая грудь,
В ней сумело пламя гордое раздуть;
Потому что в грозном, роковом молчанье,
Подпирая небо мощными плечами,
Вся в костях холодных, кручами остра.
Высится седая, мшистая гора,
Памятник огромный подвигов бессмертных;
Есть такое место на Балканах светлых,
Быль, что сказкой стала у народа, есть,
В ней бессмертье наше, наша жизнь и честь.
Слово есть, что славу нашу окрылило,
Что собой затмило даже Фермопилы,
Это слово — имя славной высоты —
Обломает зубы злобной клеветы.
Шипка!
Трое суток юные дружины
Держат оборону. Темные долины
Вторят грому битвы в непреклонный час.

Враг идет на приступ! Уж в бессчетный раз
Лезут злые орды по суровым кручам;
На отвесных скалах брызги крови жгучей,
От кровавой бури свет в очах померк.
Сулейман безумный поднял руку вверх
И кричит: «На Шипке мерзостная челядь!»
Лезут вновь на приступ, наводнив ущелье,
С именем аллаха турки, — но гора
Отвечает грозным рокотом: «Ура!»
Пули, камни, бревна вниз несутся градом,
Храбрые дружины, встав со смертью рядом,
Отражают натиск злобного врага:
Дорога отвага — жизнь не дорога!
Нет, никто не хочет быть последним в войске.
Каждый, если надо, встретит смерть геройски.
Слышен треск винтовок. Турки вновь ревут.
Вновь бегут на приступ — страшен наш редут!
Турки злы, как тигры, а бегут, как овцы.
Вновь волна взметнулась: держатся орловцы
И болгары —им ли страшен смерти взор!
Штурм жесток и грозен, но грозней отпор.
Бьются трос суток — помощь не приходит,
Взор нигде надежды светлой не находит,
Не летят на помощь братские орлы:
Но стоят герои средь кровавой мглы.
Точно горсть спартанцев против Ксеркса полчищ.
Хлынул враг на приступ, — выжидают молча! ,
И когда последней схватки час настал,
Наш герой Столетов, славный генерал:
«Братья-ополченцы! — крикнул с силой новой. – »
Родине сплетете вы венец лавровый!»
И опять герои всей дружиной гордой
Ждут, когда прихлынут вражеские орды.
Бешеные орды. О высокий час!
Волн порыв улегся, присмирел, погас.

Кончились патроны — воля не изменит!
Сломан штык — ну что же, грудь его заменит!
Если нужно, сгинем в битве роковой,
Пред лицом вселенной на горе крутой,
Смертью богатырской, в битве побеждая…
«Видит нас сегодня вся страна родная:
Ей ли наше бегство с высоты узреть?
Отступать не станем — лучше умереть!»
Больше нет оружья! Бойня, гекатомба*,—
Каждый кол — оружье, каждый камень—бомба.
В каждом сердце яркий пламень запылал,
Камни и деревья рухнули в провал!
Кончились и камни — стало биться нечем, —
Мы с крутого склона в турок трупы мечем!
И как орды вражьи черным, страшным роем
Падают с обрыва мертвые герои.
И трепещут турки: никогда пред ними
Не сражались рядом мертвые с живыми;
В воздухе витает одичалый крик.
Алую дорогу пролагает штык.
Но герои наши, встав скалою твердой,
Встретили железо мощной грудью гордой
И рванулись в сечу, отметая страх.
Чтобы гибель встретить с песней на устах…
Но опять взметнулись орды полчищ диких,
Захлестнуть пытаясь воинов великих…
Кажется, достигнут храбрости предел…
Вдруг Радецкий славный с войском подоспел!
И теперь, лишь буря грянет на Балканы,
Вспоминают Шпнку горы-великаны,
И проносят эхо — гром былых побед —
Через перевалы, в сонм грядущих лет.
И.Вазов
5 ноября 1883 г., Пловдив

Укоротить ссылку

Источники:
раз
два
и материалы их экспозиции музея Шипки.
поэма

Я очень старалась написать всё достоверно, поэтому если вы найдёте серьёзные исторические несостыковки, смело указывайте на них в комментариях.

Leave a Reply

Your email address will not be published.